Заметки на салфетках. Часть 2

28.10.2015 / Статьи / Комментарии: 0
[Всего голосов: 1    Средний: 5/5]
  • Встреча вторая

Следующее занятие по коучингу началось с того, что я рассказала Александре обо всём, что со мной происходило в течение трёх недель, и как я выполнила домашнее задание.

С последним обстояло не очень хорошо. Я кое-как подстриглась в первой попавшейся на глаза парикмахерской — не из внутренней потребности похорошеть, а просто, чтобы уж совсем не краснеть.

Способа релаксации я не нашла — и не искала: мне казалось диким тратить время на “глупости”, когда не решена главная задача: у меня нет нормальной работы. Какое я при этом имею право смотреть сериалы и ток-шоу, любоваться на звёзды и делать пробежку перед сном? Всё это — для состоявшихся людей. А я должна штудировать сайты по трудоустройству и рассылать резюме!

Что я делала между первой и второй встречей исправно — так это наблюдала за успешными, с моей точки зрения, женщинами близкого мне возраста. И обнаружила много интересного. Например, то, что моя тогдашняя руководитель, уязвимая для критики чисто в профессиональном плане, просто душечка — в морально-психологическом. С ней легко и уютно, она слушает тебя так, как будто узнать то, что у тебя на душе, это предел её мечтаний. И другого слушает точно так же, и третьего, и четвёртого. Я задумалась, много ли я встречала людей таких, как она, и пришла к выводу, что, пожалуй, вообще не встречала. Мария Петровна — действительно талантище в том, что касается коммуникаций. И у неё есть чему поучиться.

Другая женщина, за которой я наблюдала в промежутке между двумя встречами — напротив, профессионал своего дела, даже, можно сказать, трудоголик — но слишком резкая, категоричная, не умеющая идти на компромисс. Навязчивая и бесцеремонная. И сравнив её с собой, я поставила себе жирный “плюс”.

Настроение в целом было очень паршивое. Чувство нереализованности, досада от того, что ничего кроме близкой старости и работы за грошовую зарплату мне не светит, настолько “обострились”, что хотелось кричать. Один раз я даже рисковала попасть под поезд — погружённая в свои мысли не сразу его заметила, хотя чувство самосохранения у меня вообще-то очень хорошо развито.

…Когда мы с Александрой наконец встретились, и она спросила у меня, какую я хочу решить “задачку”, я неожиданно для себя ответила: “Научиться относиться ровно к людям из прошлого, которые, по моему мнению, очень отравили мне жизнь, и даже косвенно виноваты в моих неудачах”.

ОК, — невозмутимо сказала Александра. — За сколько времени ты хочешь отпустить сильные эмоции по отношению к ним?

Я наметила срок в полтора месяца и расслабилась — подумала, что избавление от негатива придёт “извне”.

Но не тут-то было. Мне снова пришлось работать. Нет, даже не так. Мне пришлось Работать. Я не разгружала дрова и не копала картошку, но степень усталости по прошествии того, как я по команде коуча прошла десять шагов, была такой, как будто я делала и то, и другое часов десять без перерыва.

При этом начала я не с первого, а с четвёртого шага — потому что первые три ценой немалых волевых усилий я преодолела сама: воспитание, боязнь божьей кары и какой-то житейский здравый смысл без всякой психотерапии уже отвели меня от той черты, за которой начинается ненависть.

С кем ты ассоциируешь себя сейчас и что вообще чувствуешь? — спросила Александра, когда я находилась в “пункте номер четыре”.

Я сказала, что ощущаю себя лягушкой, которая барахтается изо всех сил, но толку от этого мало.

Есть какие-то звуки, запахи, ощущения в теле? — спросила она.

Звуков и запахов не было, а тело было каким-то …желеобразным.

Шагай дальше, — скомандовала Александра.

“Что нового может прийти мне в голову? Я же уже всё сказала”, — удивилась я, но послушалась и пошла дальше.

…Шаг за шагом в моём теле появлялось всё больше твёрдости. На одном из этапов я ассоциировала себя с лошадью — большой, гладкой, величавой. Почувствовала запах луговой травы, свежести и твёрдость в ногах. Интерес к “недругам из прошлого” затухал, но никаких положительных эмоций по отношению к ним у меня тоже не возникало.

Шаге на седьмом или восьмом я увидела себя в человеческом обличии — в деловом костюме и туфлях на шпильках. Вокруг меня были люди — успешные, самодостаточные, состоявшиеся в карьерном плане и обеспеченные финансово. И я будто бы была с ними на равных. Более того, я занимала в этом сообществе свою нишу, меня ценили за какие-то мои эксклюзивные качества, и я представляла для “сильных мира сего” интерес. О персонажах из прошлого на этом этапе я подумала: “Люди да люди…“.

На девятом шаге я проговорила: возможно, я даже сделаю для них (тех, кто “отравлял мне жизнь”) что-то хорошее по своей инициативе.

На десятом шаге я почувствовала себя сошедшей с картин Рафаэля Мадонной, ощутила полное единение с Вселенной, а про них (персонажей из прошлого) подумала: и им желаю того же.

Удивительно, но после этого занятия о людях из прошлого я не думала вообще. Я всецело, без остатка переключилась на поиски работы. Наверное, был вскрыт долгое время мучивший меня “гнойник”, и у меня освободилась энергия для того, чтобы решать сегодняшние задачи.

Откуда ни возьмись на одном из сайтов по поиску работы возникла вакансия — журналист-фрилансер — с фантастически привлекательными условиями. Позвонила, узнала — сказали, что не розыгрыш, пригласили на собеседование.

Дома попыталась “пробить” организацию через интернет. И наткнулась на нелестные отзывы о редакторе — в “Чёрном списке работодателей” — дескать, особа крайне беспринципная и непорядочная, кидает людей на деньги.

Я сникла, но не закрыла страничку, а стала штудировать список дальше. И каких только компаний в нём не обнаружила! И те, где работают мои знакомые (и не жалуются), и ту, куда недавно устроилась моя дочь (и очень довольна). Про один из недавно закрывшихся коммерческих журналов (наподобие тех, куда меня пригласили на подработку) было написано:“Там только Ирина (шеф-редактор) умудрялась получать деньги — хитрая такая тётка.”. Подумалось: а почему бы мне не стать такой же хитрой тёткой в журнале, в который предстоит писать мне?

Обещанные мне гонорары (в 4 раза выше средних по России и в 6 — по Красноярску!) работодатель выплатила исправно. За 4 дня я “накосила” столько же, сколько за месяц получала в издании, где я работала.

К тому же, позвонили из пресс-службы одного из заводов и сказали, что их заинтересовало моё резюме, и они готовы рассмотреть мою кандидатуру на замещение вакансии девушки-декретницы.

Беспокойство по поводу того, что мне до пенсии придётся влачить жалкое существование, стало понемногу отступать. Я почувствовала себя во власти какой-то мощной силы, которая так или иначе приведёт меня туда, куда нужно.

И ещё: во время езды в автобусе, ходьбы пешком, в кровати перед сном мне начали бессвязно приходить в голову довольно банальные, в общем-то вещи, до которых я раньше почему-то не додумывалась. Например, умозаключение о том, что собирать сплетни невыгодно (сил это отнимает много, а эффект нулевой, ещё на неприятности можно нарваться), и я подумала, что на сегодняшний день мне просто даже лень перемывать кому-то кости. Или ещё: в моём сознании разбился вдребезги стереотип о том, что мой начальник должен быть обязательно старше меня. Я поняла, что не зазорно, а наоборот похвально учиться у молодых, и, вообще, общаться с ними — это как “есть молодильные яблоки”.

Но самым стратегически важным стало вот что: я определила, что есть журналистика не вообще для всех журналистов, а лично для меня. Это не хобби, не дело жизни и не крест, который я обязана нести. Это набор конкретных умений и навыков, которые я намерена продать по наивысшей стоимости.

Продолжение следует…

 

Паранина Ольга.

Добавить комментарий

X